Рец. на кн.: Ойзерман Теодор Ильич / сост. С.Н. Корсаков, А.П. Зайцева
Автор Щавелев С.П.   
04.07.2018 г.

Ойзерман Теодор Ильич / сост. С.Н. Корсаков, А.П. Зайцева; авт. вступ. ст. И.Т. Касавин. М.: Наука, 2014. 124 с. (Материалы к биобиблиографии ученых: философия; вып. 12).

…Я судьбу его нынче вспомнил,

Я искал в ней скрытого толка,

Но единственно, что я понял:

Жить в России надобно долго.

 

В. Корнилов.

Памяти А. Бека.

1986.

 

Есть такие книжные издания, в первую очередь ведомственные, чьи тиражи заведомо превышают число потенциальных читателей, порой почти на 100 %. Применительно к серии издательства «Наука» «Материалы к биобиблиографии ученых» Российской академии наук, которая издается с 1940 г., такой процент может быть и несколько пониже, то есть кто-то все-таки эти книжки покупает, кто-то читает в библиотеке. Узнать поконкретнее про знаменитых коллег многим специалистам небезынтересно. Структура этих книжечек карманного формата со светлой обложкой логична: основные даты жизни и деятельности того или иного академика или члена-корреспондента; краткий очерк его научной и научно-организационной деятельности; литература о жизни и трудах; хронологический указатель публикаций. У меня самого скопилось уже десятка три таких изданий; об академических персонах в интересующих меня отраслях науки — философах, историках, археологах, лингвистах. Есть и про тех, что углублялись в философию физики или биологии. Приобретаю прежде всего из-за исчерпывающей библиографии — то и дело натыкаешься в ней на такие публикации маститых авторов, которых тебе ни в каком Интернете не сыскать. Ну, и биографию героя книжки любопытно перелистать — то узнаешь какую-то яркую деталь его личности, а то и усмехнешься явно завышенным, предельно панегирическим оценкам его же заслуг. Пишут-то в этом жанре главным образом близкие ученики или даже родственники титанов науки. С одной стороны, это понятно — в их распоряжении архивное наследие, семейный фольклор и самое близкое знакомство с героем. С другой же стороны, таким авторам труднее бывает удержать комплиментарность в пристойных рамках, мягко отметить отдельные недостатки таланта или даже гения.

Автор вступительной статьи и, я уверен, неофициальный консультант и редактор остальных разделов издания о Теодоре Ильиче Ойзермане (1 мая 1914 – 25 марта 2017) — его сын, сам член-корреспондент РАН Илья Теодорович Касавин. Со своей миссией он справился достойно, и в данном случае я убежден, что никто другой бы с ней вообще не справился. Слишком долгий и сложный путь прошел герой этого издания, очень уж масштабно и противоречиво его творческое наследие (см. об этом: Гусейнов А.А. Памяти Т.И. Ойзермана // Вопросы философии. 2017. № 8. С. 5–7). Будучи, как и его отец, дипломированным философом, более того, известным теоретиком и историком науки, И.Т. Касавин написал откровенную, живую, но и содержательную, глубокую характеристику основных истоков, этапов, направлений, трудностей, угроз и достижений Теодора Ильича. А задача у биографа была нелегка. Ведь жизненный опыт академика уникален: он прошел вместе со своей страной все без исключения этапы и зигзаги ее истории XX столетия, причем на каждом добивался творческих успехов, нередко рекордного размера. Кто из наших философов публиковал по монографии раз в два-три года на протяжении нескольких десятков лет подряд? Причем эти книги читались и аспирантами, и профессорами нашей огромной страны… Кого еще среди современников-философов, «не ушедших в политическое диссидентство» (с. 13), так масштабно переводили на английский, немецкий и другие языки? У кого (да еще при жизни) выходило собрание сочинений в пяти томах? Кто получал не только Государственную или Ломоносовскую премии, но и такую независимую, как «Триумф» (2008, в номинации «Гуманитарные науки»)?

Подобная успешность всегда вызывает у читателя подозрение в социальной мимикрии, неискренности автора, который публикует свои труды и при Сталине, и при всех последующих генсеках, и в перестроечной и даже в современной России. Но и биографический очерк, и перечень публикаций Т.И. Ойзермана убеждают: на каждом отрезке жизненного пути, во всякую эпоху истории страны он не использовал возможности быстрейшей карьеры в смысле чинов, званий и прочих земных благ, а добивался достойного существования в предлагаемых исторических условиях. Всегда в соответствии со своим жизненным призванием — именно как мыслитель, преподаватель. То есть достойного с точки зрения своего жизненного призвания. Мечтая стать писателем, литератором, юноша Тодик из малороссийского местечка пошел в столице СССР по более реалистическому для него в раннесоветских условия пути учителя, методиста, журналиста-пропагандиста. На этой основе и сформировался довольно скоро философ Теодор Ойзерман.

И.Т. Касавин прослеживает несколько этапов мировоззренческой эволюции своего героя — от «восторженно-апологетического» увлечения классиками марксизма через критический пересмотр истории марксистской философии, реальных обстоятельств ее возникновения к обобщению опыта мировой философии, построению ее метатеории и вплоть до ревизии убеждений всей жизни, когда ее условия изменились не просто круто, что бывало и раньше, но принципиально. Хотя статьи и книги Теодора Ильича читали, вероятно, все без исключения российские философы разных поколений, а также многие представители смежных сфер науки, в составе его конспективной биографии эти труды выглядят как внушительная, открытая реалиям жизни и культуры система самопознания разума. Поучительная, интересная до сих пор, но не единственно возможная в своем интеллектуальном пространстве система, — заметил бы я на месте биографа.

Хотя в его распоряжении было всего какие-нибудь полпечатного листа, стоило пунктиром упомянуть некоторых других деятелей, мыслителей 1950–1980-х гг., вместе и параллельно с которыми работал Т.И. Ойзерман. Тем паче, что в Архиве мемуарных бесед «Устная история» имеется запись Теодора Ильича «О сталинских академиках и взаимоотношении философии и власти в СССР». Впрочем, правдивая история советской философии когда-нибудь да напишется. Тогда, полагаю, и выяснилось бы любопытное обстоятельство: если не брать вольных или невольных эмигрантов да диссидентов, то вряд ли кто из официальных философов нашей страны, вообще теоретиков мог бы сравниться с Теодором Ильичом по масштабу и долговечности сделанного в науке, да и в сфере ее академической и университетской организации.

О многом говорят читателям, в особенности старших поколений, и «Основные даты жизни и деятельности академика Т.И. Ойзермана» (с. 3–7): школьник, ученик-ремесленник (в провинции); рабфаковец, студент (сразу столичный); преподаватель (разных московских вузов); консультант журнала «Большевик»; всю войну «от звонка до звонка» — политрук на разных фронтах (ранен, контужен на Курской дуге, воевал в Польше, Германии, награжден боевыми орденами и медалями); снова доцент, а затем и научный сотрудник Академии; профессор-гость нескольких европейских университетов, докладчик и организатор международных научных конгрессов; член отечественной Академии наук, почетный член ряда зарубежных академий и обществ; наконец, на пенсии, советник РАН. Для современника удивительно не столько то, что́ в этой биографии состоялось благодаря уму и характеру героя, сколько то, чего в этой же биографии нет (освобожденных должностей в партийных органах; отсидки от войны в тылу; участия в идеологических, проработочных кампаниях; явно конъюнктурных публикаций «во славу» или «единогласно против»). Оказывается, возможно было продуктивно работать ученому-гуманитарию в любых жизненных и общественных условиях. Получать в своих исследованиях вневременного значения результаты и при этом «не жертвовать лицом ради положения».

Меня лично особенно поразили и восхитили статьи и книги Т.И. Ойзермана 1990 – 2010-х гг. После распада СССР кто-то из старших коллег закоснел в прежней советской идеологии, так и не поняв ее обреченности; другие, напротив, чернят ее же остервенело, с восторгом перепевая «французиков из Бордо» постмодернизма. Т.И. Ойзерман же пошел своим путем: отдал дань недавнему прошлому (мемуарные и юбилейные отзывы об учителях и коллегах; новые штудии по истории европейской философии), но затем его мысль устремилась в будущее — к ревизии устоев марксизма и его философии. «При этом Ойзерман показывает универсальность и позитивность понятия "ревизионизм": без ревизии, без постоянного пересмотра нет развития науки» (с. 19). Его биограф объясняет, что новые и чересчур смелые, крамольные когда-то мысли вызревали у философа долгие годы. Дождавшись формальной свободы высказываний, эти идеи выплеснулись на печатные страницы, проникая в общественное сознание, но избежали публицистического разгула, сохраняя академическую основательность. С содержанием перестроечных и постперестроечных публикаций Теодора Ильича можно соглашаться или спорить, но куда важнее извлечь урок самокритичности могучего интеллекта. 

Чем еще хороша рецензируемая книжка — в ней приведен сводный перечень всех изданий этой серии с начала выпуска в 1940 г. и по 2014 г. (см. с. 116–123). Тут имена практически всех вошедших уже в историю советских и российских академиков, с годами выпуска биобиблиографического справочника о каждом. Находя в этом каталоге знакомые имена, в большинстве своем чтимые (и читаемые!) до сих пор, сознаешь главное, на долгое будущее предназначение этих компактных справочников. Пусть сегодня они и мало раскупаются по книжным лавкам издательства «Наука», но, осев в библиотеках, будучи оцифрованы, превратятся в очень нужный не одним историкам науки, но и всем будущим ученым информационный ресурс. В разделе «Гуманитарные и общественные науки» к настоящему времени биобиблиографировано более ста персоналий. На столь широком фоне книга о Теодоре Ильиче Ойзермане смотрится как одна из самых интересных и реалистичных. В числе именно философов он тут восьмой, после М.Б. Митина (1981), Б.М. Кедрова (1985), А.М. Деборина (2013), В.С. Стёпина (2013), А.А. Гусейнова (2014), В.А. Лекторского (2014), Б.Г. Юдина (2014). Будем ждать продолжения этого ряда.

С.П. Щавелев

(Курск)

 

Щавелев Сергей Павлович – доктор философских наук, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой философии Курского государственного медицинского университета.

 

Schavelev Sergei P. – DSc in Philosophy, DSc in History, Professor, Head in the Departament of Philosophy at Kursk State Medical University.

E-mail: Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script